Лекции
Кино
Галереи SMART TV
Путь в никуда. Почему обида — худшая из возможных реакций и как перестать «дуться»
Читать
36:08
0 32786

Путь в никуда. Почему обида — худшая из возможных реакций и как перестать «дуться»

— Психология на Дожде

В новом выпуске программы «Психология на Дожде» поговорили об обиде. Что нужно знать об этом чувстве? Почему оно самое неприятное и одновременно самое бесполезное из всего спектра возможных человеческих эмоциональных реакций? Как мы выглядим, когда обижаемся? На эти и другие вопросы ответила социальный психолог Светлана Комиссарук. 

 

Всем привет. С вами «Психология на Дожде», я Александра Яковлева, и сегодня у нас в гостях по скайпу из Нью-Йорка социальный психолог Светлана Комиссарук. Света, здравствуйте.

Здравствуйте.

Света не первый раз у нас в эфире, каждый раз мы говорим на очень интересные и важные темы. И сегодня мы будем говорить о чувстве, которое, я уверена, знакомо многим из нас, и чувство это не самое, наверное, приятное, потому что это обида. Света, слушаем вас внимательно, что нам нужно про это знать.

Я думаю, начнем с определения, что такое обида. Почему мы обиделись? Потому что, чаще всего, мы не получили ожидаемого, и вот с этого определения мы начнем. Как можно получить ожидаемое? Можно думать, что люди сами догадаются, чего мы от них ждем, а можно думать, что вот я им сколько раз говорил, а они не делают, это совершенно две разные обиды. Давайте разберемся с каждой из них.

Первая обида — они понятия не имеют, чего я от них ожидала, а я сижу обиженная. И они спрашивают: «Что случилось-то?». А я говорю: «Думайте!». Они говорят: «Ну мы же не знали!». «А надо было знать!». Вот эта обида очень инфантильная и очень манипулятивная. И если разобраться глубоко внутри, то почему они должны догадываться? Но когда мне пять лет, и я под елкой не нахожу то, что я просила у Деда Мороза, а родители в совершенном ужасе, что я рыдаю вместо того, чтобы радоваться, это понятно, я маленькая, и я уверена, что если я хочу куклу, то там в коробке должна быть кукла. Но если мне не пять, а двадцать пять или пятьдесят пять, то как-то странно ожидать, что близкие, самые даже близкие, догадываются, какой реакции, какой поддержки, какого негодования я от них ждала. И поэтому, когда вы чувствуете, что люди совершенно не отвечают вашим ожиданиям, потому что не понимают, чего вы ждали, то правильным чувством будет не обидеться, а как одна моя клиентка умная сказала, расстроиться. Это их не касается, это я расстроилась, что они не догадались. Это их не касается, родители не виноваты, что они не куклу положили вам в коробку. Если бы они знали, что вы просили, тогда другое дело, но они же не знали, и вам же уже не пять лет. Поэтому, если вы хотите куклу, если вы хотите, чтобы реакция была определенной, вы можете об этой реакции попросить. Например, я бы очень хотела, чтобы ты меня сейчас поддержал, все остальное мы потом обсудим, или мне сейчас хочется побыть одной, что бы ты ни говорил, меня сейчас будет только раздражать. Никакой обиды не произошло, вместо этого мы ожидаем идеальной реакции, которая у нас в голове, как кукла, и когда человек нам ее не дает, по неведению, мы обижаемся. Это первая обида, вместо «я обиделась» — «я расстроилась», не сошлось, не совпало.

А что же делать, если обида о том, что человек знает, как со мной нельзя, и продолжает так поступать? Здесь тоже обида не самая лучшая реакция. Давайте лучше рассердимся, давайте лучше скажем ему или ей: «Я много раз просила этого не делать. Почему ты опять это сделал?». Вместо того, чтобы уходить в глухую несознанку, молчать, дуться, лучше это высказать, потому что обида — это такая бутылка с узким дном, нам очень хочется залезть, засунуть голову в это дно. Но потом, чем больше проходит времени, тем больше мы погружаем голову в эту бутылку, и вылезать оттуда ужасно неловко, пятиться задом и как-то вдруг переставать обижаться, ну очень странно, лучше просто туда и не начинать засовывать голову. Лучше сразу рассердиться, что эта реакция, или эти слова, или это отсутствие действия это то, что я уже проговаривал, и мне это не нравится.

То есть обида в любом случае, и в том случае, когда люди понятия не имеют, чего ты ожидаешь, и в том случае, когда люди знают, чего ты ожидаешь и не делают этого, это не самая лучшая реакция. Это реакция такая немножко инфантильная, детская и немножко манипулятивная: вот подумайте, я тут буду сидеть, а вы там подумайте. А если они не думают, и ты сидишь с этой бутылкой, в которой у тебя голова уже далеко внутрь, и как ты будешь оттуда вынимать эту голову? Из обиды нужно как-то выходить, и чем дольше длится обида, чем больше мы играем в эту самую молчанку, как дети говорят, тем труднее из нее выходить. Поэтому перед тем, как туда голову засовывать, вы подумайте, может быть, вместо того, чтобы обижаться и уходить в гордое молчание, из которого очень потом неловко вылезать, вы найдете другие способы выражения реакции. Обида — это реакция на несостоявшееся. Давайте какую-то более взрослую реакцию на этот поступок или отсутствие поступка выберем.

А как тогда получается, что очень много уже взрослых людей все-таки привычно обижаются друг на друга?

Это получается, во-первых, по незнанию. Мы очень все живем на автопилоте, все наши реакции такие прокатанные рельсы, рельсовые шпаловые дорожки, по которым мы идем не задумываясь. Наши эмоциональные реакции часто на автопилоте, и из этого автопилота можно и нужно выйти, осознав, что со мной происходит. То есть нужно понять, назвать себе в голове, что со мной происходит и сказать: «Стоп! Я в сотый раз на эти грабли наступать не буду». Я уже могу просчитать, я взрослый человек, я могу спрогнозировать вперед, чем это кончится: ничем, я буду пятиться из этой бутылки и вынимать сквозь узкое горлышко голову. Или этот человек продолжает делать сознательно мне больно, и тогда помалкивать в тряпочку очень странно, я должна себя защищать или я должна просто свести до минимума общение с этим близким человеком, если он вот все время мне наносит такие раны. Или если человек понятия не имеет, нужно с ним сесть и поговорить, что вот на такие-то мозоли мои лучше не давить, мне это каждый раз очень неприятно, или вот тут и тут я жду от тебя такой-то реакции. Гораздо проще сказать, чем уйти в обиду и замолчать, гораздо проще. Если у вас не получается сразу, потому что обида — это чувство, чувство часто нас захлестывает так, что мы не успеваем думать, значит, нужно как можно быстрее, когда это чувство уже с нами свою черную работу проведет, начать говорить, даже если не в первую секунду. Всегда лучше говорить.

А вот вы сказали, что обида — это нанесение ран. Получается, что человек, когда получает рану, так медицински я себе представляю, ее нужно залечить. А как можно залечить рану? Да, не каждый сразу реагирует, например, возмущением или защитой себя, не уходя в обиду. Вот все-таки я ушел туда, мне рана нанесена, какие есть возможности залечить эти раны?

Во-первых, для того, чтобы рану лечить, нужно понять, что это рана. Самое первое, с чего мы начинаем, вы понимаете, обида — это такое обезболивание, это затушевать все симптомы и просто сесть в таком нокдауне, такой очень большой принять такой антивоспалительный и противоболевой какой-то препарат. Ну и что, рана-то осталась. Лучше перед тем, как ты обиделся и нанес себе такую огромную дозу всякого обезболивающего, ты диагноз поставь. Что происходит? Несоответствие моим ожиданиями. Они об этом знают? Если не знают, надо им рассказать, а если они знают и делают, значит, нужно принимать решение. Обезболивать обидой это как припудривать, это как заклеить лейкопластырем, а обида там внутри все равно гниет, это же рана. Лучше принимать решение до того, как вы ее посыпали цинком, тальком, всякими там препаратами. Поставьте диагноз, почему у меня сейчас такой шок неприятный, каким ожиданиям сейчас произошло несоответствие. Это потому, что я что-то другое ждала и это очень неожиданно? А может они не знали, что я ждала? Или это потому, что в сотый раз мне наступили на больную мозоль, зная, что это мне неприятно, тогда нужно им объяснить или избегать общения. Вот в таком ключе работать.

Я сейчас вот вспомнила, что на протяжении всей своей жизни я неоднократно сталкивалась с историями, даже моих знакомых, друзей, когда они тяжело переживают обиду другого человека, потому что это доходит до каких-то историй, когда люди, близкие друг другу, родственники, не разговаривают годами, потому что кто-то где-то на кого-то когда-то давно обиделся, и уже никто ничего не помнит, с чего началось, но между ними такая огромная пропасть черная, что туда даже и заглядывать они уже не хотят.

Это именно то, о чем я говорю. Это когда эта рана настолько уже глубокая, настолько не диагностированная, настолько ушедшая вглубь, что уже ногу надо ампутировать. Почему? Это была обычная царапина, если бы к этой царапине мы сразу отнеслись внимательно на месте, то не надо было бы отрезать по колено. Вы понимаете, вот эта обида, которая длится годами, она началась с того, что одна сторона засунула голову в бутылку и вылезать оттуда не собирается, уже даже не помнит, с чего началось, но вылезти очень трудно. А другая сторона или была в полном неведении, что произошло, и боится спрашивать, или уже готова в какой-то форме взять ответственность и извиниться, но не с кем говорить, голова-то в банке. То есть допускать обиду остаться такой непроговоренной, это путь в никуда, это путь к ампутации, к гангрене. Лучше обиду проговаривать на месте, и чем больше проходит времени, тем это делать труднее. Как правило, обиженный в такой форме манипулятивной, такой надутой губки девочки, обиженные могут даже наслаждаться своим положением вначале, вот вы подумайте, идите думайте. Это очень трудно, общаться с манипулятором, который без конца на что-то обижен. И это, конечно, отдельная тема разговора, как себя вести с манипулятором. Но если эта обида искренняя, если я действительно наступила на больную мозоль близкого человека, не понимая, что я сделала, то я искренне буду пытаться понять и взять свою ответственность, и спрашивать, что случилось и как я могу исправить ситуацию. Понятно, что я не буду это делать сто раз или пятьсот раз, но по крайней мере, я попробую не довести до гангрены и до молчания годами, тем более, если это близкие родственники. Всегда тот, кто умнее, начинает первый, и в разных случаях по-разному, это конечно, очень трудно дать такой совет сразу всем, но я думаю, что разговаривать лучше, чем молчать.

Мне кажется, это вообще чувство такое ядовитое, токсичное, то есть обида порождает обиду: один обиделся, второй обиделся, что тот обиделся, дальше они начинают обижаться друг на друга, и какой-то комок вот этих неразрешимых противоречий, все молчат, все дуются, друг про друга начинают рассказывать какие-то гадости, все это обрастает вообще… В общем, что я рассказываю, мне кажется, что каждый, если не на себе, то вообще в жизни, в литературе, в кино видел, сталкивался, слышал, знает.

Вы представьте себе, что человек, который обижен, крайне редко вызывает симпатию, или жалость, или уважение. Вот проверьте себя, люди, которые обижены, вызывают у окружения усталую раздражительность, они вызывают у окружения ощущение, что человек носится с собой, то есть обида такая вот не самая благородная позиция в конфликте. Намного честнее, взрослее проговорить, обида — это всегда замалчивание, и как любое замалчивание, эта ситуация порождает вокруг огромное количество спекуляций, сплетен, домыслов и так далее, вот в этом ее токсичность. Каждый в обиде видит больше и хуже, чем на самом деле, и каждый приписывает своему противнику что-то, что на самом деле не проверено, и вот это умалчивание, это и есть самая большая токсичная роль обиды в нашей жизни. Пока я не скажу, что меня не устраивает, я даже не узнаю, знает ли мой обидчик о том, в чем причина. Пока я не проговорю и пока я не услышу, что он меня понимает теперь, в этой обиде нет никакого здравого смысла, потому что я буду опять и опять обижаться, мой партнер, собеседник, близкий человек по-прежнему не будет знать, о чем речь, и в конце концов привыкнет к моей манипулятивности, к моей инфантильности. Обида — это инфантильное чувство, это чувство «я хотела куклу, а вы мне купили кофту». Мы же не знали, что ты куклу хотела. Если бы мы знали…

А если знали?

А если знали, значит, давай сейчас с тобой, пока ты еще не ушла в обиду и не носишь это чувство, не нянчишь его месяцами, давай с тобой сейчас это обсудим: будет ли кукла, когда будет, почему нет. Это очень детский подход к жизни, обида — это вы должны сами догадаться, что у меня в голове, и вести себя со мной очень бережно, так, как я хочу. Вот когда мы эту обиду такими словами себе разворачиваем, мы понимаем, насколько это по-детски. Намного грамотнее и более взрослое отношение — я хочу, чтобы со мной так и со мной нельзя так. Первый раз, когда ты не знаешь, бесполезно обижаться, нужно тебе объяснить, я, конечно, расстроена, но ты тут не при чем. А если ты продолжаешь мне делать больно, значит, это только моя ответственность, что я с этим готова делать: то ли я прекращу общение, то ли я возмущусь, то ли я буду стоять за себя, то ли я пойму, что бесполезно, но это все моя ответственность, защищать свои интересы, свою психику, обижаться бесполезно.

Вообще если говорить об этом чувстве, то оно зачем нам?

Очень хороший вопрос. Зачем нам обида? Если я все понимаю, знаю, что это либо они не хотели, либо они так и будут, то мне нужно себя спросить: почему я продолжаю обижаться? Какую роль обида играет в моих отношениях с людьми, и вот там и есть корень: или я настолько зациклена на своих чувствах, на своих требованиях к окружающим, что я больше ничего не вижу, и это просто мое распухшее «эго», которое хочет всеми управлять, чтобы было как мне лучше, и я всегда права, а они всегда чего-то не доделали, не туда наступили, не так отреагировали, и тогда это моя проблема, а совсем не их. Или обида — это единственное, что привлекает ко мне внимание, когда у меня все хорошо, я никому не нужна, меня никто не слышит, меня ни о чем не спрашивают, а вот я когда обижусь, они тут все у меня забегают, то есть это такая манипуляция привлечения внимания. Или обида — это моя внутренняя, очень такая нехорошая обстановка внутри, я депрессирована, я устала, мне скучно, я одна, мне плохо, я старею, и вот если я обижусь на детей, они забегают. То есть в любом случае обида, это я только три причины назвала, но каждый может найти у себя в душе, если подумать, какую роль играет обида в его жизни, и почему, понимая все, мы продолжаем наступать на те же грабли, и как этого же можно добиться, не засовывая голову в бутылку. Как можно сделать так, чтобы вам уделили внимание, при этом соблюдая свои интересы, как успокоить свое распухшее «эго», это не всегда тебе, это не всегда против тебя, успокойся, у человека были какие-то свои планы и свои мысли, и это абсолютно не против, хватит обижаться, хватит в бутылку лезть. Это работа с собой в тот момент, когда вы согласны, что обида это плохо.

Очень многие люди считают, что обида — это естественная реакция, и с такими людьми окружающим очень тяжело, и таким людям, конечно, никто не может помочь извне. Если им удобно в этой инфантильной, манипулятивной позиции, вы мне должны, идите думайте, то конечно, их с этого сдвинуть очень тяжело. Но если человек сам видит, что каждый раз наступает на грабли, и выход из этой ситуации каждый раз очень неловкий, и лучше об этом промолчать, или если эта обида уже такую пропасть создает между людьми, что они годами не разговаривают, то вам очень хочется перестать обижаться. И вот тогда нужно думать, какую роль играет обида в вашей жизни, что такое она вам дает, что вы не можете без этого обойтись. Это вопрос на миллион долларов.

Да, точно. Почему мы так часто обижаемся на других и так редко обижаемся, например, на себя?

А чего на себя обижаться, я такая хорошая. Мы привыкли, люди все о себе, в основном, думать хорошо, это такая защитная реакция нашего ментального организма. Я-то хороший, если я свернул на выезд на трассе, подрезав пять машин, так это потому, что я очень тороплюсь в больницу. Вот если он свернул, он не умеет водить машину, и вообще сволочь и козел, а если я свернул, то у меня случайно, мне просто очень нужно торопиться в больницу. Мы о себе всегда находим объяснение, которое всех должно устроить, я хороший, а это случайно, и поэтому на себя редко кто обижается. Себя мы едим поедом, это другое, обида — это всегда «как же так, я ведь другого ожидал». Поэтому с собой обиды не происходит, мы знаем, чего мы от себя ждем, и все это себе сами даем. Обида обычно на других.

Ну да, будет обида на других, а на себя вина, наверное, чувство вины, я себя чувствую виноватым.

На себя это критика, это немножко другое. Очень часто меня спрашивают, что делать с обидчивым человеком в семье?

Да, что делать с обидчивым человеком? Я тоже спрошу.

Это очень тяжелая тема, и у меня, к сожалению, нет однозначного ответа, именно потому, что я перед этим объяснила, обида — это инструмент привлечения к себе внимания и настаивания на своем. И если это единственный инструмент, который есть у вашего близкого, то его этого инструмента лишить очень тяжело. Если ваша пожилая мама только при помощи обиды может привлечь к себе внимание, то она будет продолжать обижаться. Если вам, потому что вы близкий и умный взрослый, понятно, почему человек обижается, то вы можете подумать, что вы можете дать без того, чтобы он обижался, как вы можете опередить эту ситуацию. Если вам непонятно, почему этот человек обижается, и это не часто происходит, это не инструмент, а просто реакция, задайте честный вопрос: «Я вижу, что я что-то не то сделал. Пока ты мне не объяснишь, я не пойму». Если вам говорят: «Иди думай», значит, дайте этому человеку еще глубже в бутылку залезть, понять, что там плохо и дышать нечем, вылезать оттуда постепенно, и где-то через неделю этот несчастный вылезет и начнет с вами разговаривать как ни в чем не бывало, то есть дайте человеку остыть. Если человек хронически обижается, то у него это такой цикл, и если его не трогать, он придет в себя сам. Очень надеюсь, что такие люди в конце концов поймут, что их ожидания от окружающих, что они сами должны догадаться, в чем дело, немножко преувеличены и нужно либо проговаривать и возмущаться, либо не обижаться. Люди сами не догадаются.

В отношениях «мужчина-женщина» почему-то, мне кажется, сложилось такое мнение, что больше дуются, обижаются женщины, девушки.

Абсолютно.

И вечная вот эта история, когда она обиделась, а он ходит и не знает, почему.

Я думаю потому, что к сожалению, в нашей культуре и вообще в нашем обществе женщина менее привыкла стоять на своем, рассказывать, что ей нужно, в открытую, и быть ассертивной, то есть спокойно говорить о своих требованиях. Женщина уходит в манипуляции, в пассивно-агрессивный стиль поведения, помалкивает, потому что ощущение власти, которое «ты у меня на крючке, думай», очень пьянит. Мужчина намного проще, мужчина намного более прямолинеен, и ему нужно просто объяснить, что со мной так нельзя, нужно вот это и вот это, и тогда ситуация будет намного более понятна и ясна для мужчины. Но женщине подсознательно хочется власти, хочется такого трона, на котором она решает, уже простить его или еще нет, и она, конечно, недальновидно думает, что так будет всегда. К сожалению, это далеко не всегда будет, потому что партнер или привыкает, что она вечно чем-то недовольна, или просто находит какую-то более веселую. Обида — плохое оружие в общении с партнером, и оно проявляет твою слабость, твою уязвимость. Со мной так нельзя, и губки надула, я думаю, мужчине труднее представить себя в такой роли. Если мужчина обиделся на другого какого-то мужчину, на своего друга, то это тоже, к сожалению, хотя не хочу обобщать, но это проявление слабости, вместо обиды нужно проговаривать.

Вот это наше знаменитое «Если нужно объяснять, то уже нечего и объяснять», это тоже пассивная агрессия. Неправда, для того, чтобы были нормальные, партнерские, дружеские отношения, нужно проговаривать, чего ты хочешь и чего ты не хочешь, а дальше делать выводы, если человек продолжает делать тебе больно, то принимать взрослые решения — мне с ним не по пути. Без конца дуться и играть в молчанку ничего не изменит. Обида — это плохо. Плохо. Я понимаю, что это автоматическая реакция, я понимаю, что это рана, но эту рану нужно грамотно лечить и диагностировать, вместо того, чтобы продолжать ее закрывать и говорить, вот догадайтесь, что у меня там под лейкопластырем. Ничего хорошего.

Как правило, обида требует извинений. Вот здесь слово требует, конечно, меня немного смущает, но если обида проговорена, то дальше люди извиняются. Давайте вот про это немножко поговорим, когда, как, за что и почему, и надо ли извиняться.

Здесь все зависит от обидчика и от того, насколько он дорожит отношениями, насколько ему неприятна сложившаяся ситуация. Если мы говорим о том человеке, который видит, что близкому плохо, и близкий надулся, и если он уже разобрался в том, в чем проблема, то независимо от того, хотел я это сделать или нет, я беру на себя ответственность, я говорю: « Да, у меня получилось нехорошо. Я беру за это ответственность, извини». Если вы начинаете дальше объяснять, что я совсем не то имел в виду, я не это хотел, на самом деле ты не то услышал, то вся эта информация падает на глухие уши. Человек, который обиделся, он уже обиделся, он уже там сидит обиженный, и ему уже не интересно, из-за каких обстоятельств ему сделали больно. Это разговор на потом, в данный момент нужно только сказать: «Я вижу, я сделал плохо, я не хотел, но это моя вина, извини». И дальше, конечно, очень золотой вариант, который трудно произнести, но решает все проблемы: «Что я могу сделать, чтобы мы помирились?». Вот если вы берете не только ответственность за то, что вы обидели, но и говорите, что я могу сделать, этому человеку легче вас простить. Повторяю, не обязательно быть виноватым, чтобы попросить прощения, попросить прощения это взять ответственность за то, что другому плохо, случайно ты сделал или специально, в данный момент не играет роли.

Много людей, я знаю, не любят извиняться, не умеют извиняться. Прямо так и говорят: «Я не умею извиняться», и как будто бы такая, знаете, защитная маска, вот я такой, принимайте меня. Можно ли этому научиться и нужно ли уметь просить прощения?

На самом деле, я думаю, что если людям «повезло», в кавычках, что один говорит: «Я такой» и все время обижается, а другой говорит: «Ну и я такой, я не умею извиняться, принимай меня таким, как есть», то это два несчастных человека, которые делают друг другу больно. К сожалению, есть такие пары, или есть такие отношения близких людей, мне их искренне жаль. Если мы объявляем миру «Я такой, принимайте меня какой я есть», то мы большое количество людей, которые, может быть, и хотели бы с нами общаться, отметаем, а остальных, которые от нас зависимы или наши родственники, просто искренне подвергаем неприятным ощущениями, от которых никуда не деться, это эгоизм. То есть, если вам хочется сломать вот этот вот такой закостеневший образ «Я такой», то попробуйте сначала произнести это сам с собой, я беру ответственность за то, что я сделал человеку плохо. Ну, оступился, я не идеальный, и он не идеальный, поэтому я скажу: «Что я могу сделать, чтобы стало лучше?». Если ничего, так ничего, по крайней мере, я уже это проговорил, и я уже чувствую себя с собой легче. Это парадоксально, то есть сказать, что я понимаю, что я что-то сделал, извините, пожалуйста, даже если я и не собирался, но я беру ответственность. Вместо того, что «Я такой», «Я беру ответственность, да, я такой», то есть «Я такой» изменить на другое, выражение симпатии, выражение несовершенства своего, ну я такой, то есть парадоксально ту же фразу произнести извиняясь вместо того, чтобы защищаясь, вот в этом парадокс.

Скажите, а в отношениях родители-дети, когда маленькая девочка четырех лет говорит «Я на тебя обиделась» маме или папе, это как-то понятно. Но когда говорит родитель взрослый маленькому ребенку «Я на тебя обиделась», правильный ли это инструмент воспитания, или к нему есть вопросы? Вот у меня вопрос.

Абсолютно нет. Мы часто для того, чтобы играть с детьми во что-то на ковре, присаживаемся на корточки или садимся рядом, и друг другу машинку передаем. В этот момент мы опускаемся на их уровень физически и не только физически, чтобы быть с ними глаза в глаза и хорошо проводить время. Это хорошо. Но когда родитель садится на корточки или на ковре и на одном уровне глаза в глаза говорит своему малышу: «Я на тебя обиделся», это инфантилизм. Он опускается на уровень ребенка, и смешно подумать, ожидает, что ребенок догадается, как правильно. Но если взрослый не догадывается, то как же ребенок догадается? Гораздо грамотнее и гораздо более взрослый вариант сказать: «Ты мне сделал больно, вот это и вот это делать мне нельзя». Объяснить, что есть царапина, намного грамотнее, чем ребенку, который тебя случайно поцарапал, даже об этом не сказать, заклеить это лейкопластырем и ходить надувшись.

К сожалению, даже есть такие истории, когда взрослые, уже пожилые родители обижаются на детей, на взрослых людей, строя с ними отношения из этой модели.

Это манипуляция.

То есть, ты мне редко звонишь, можно сказать, меня это расстраивает, звони мне чаще, или так, ты мне не звонил давно, и я на это очень обиделась, и как бы дальше это…

Можно даже еще хуже, я обиделась, то, что ты не звонил, ты сам должен догадаться. И когда ты наконец позвонишь, я буду с тобой разговаривать очень сухо, и когда ты будешь спрашивать, в чем дело, я буду говорить: «Ни в чем, все нормально». Это обычная, советская, похороните меня за плинтусом, манипуляция.

Кстати, вопрос. Вы же живете уже давно не в России. Это правда советский менталитет, российский? Как в других странах это?

Нет, вы знаете, я думаю, обида это универсальное чувство, оно существует везде. Но я думаю, оно в нашей культуре немного больше проявляется, потому что у нас не принято стоять за себя в открытую. У нас не принято рассердиться и сказать: «Со мной так нельзя». У нас особенно женская половина нашего общества такая розовая, пушистая, обиженная, которую все должны обхаживать. Это неграмотно, это неправильно, это не по-взрослому. Но я думаю, что наше общество постсоветское меняется, и женщины сейчас уже реже обижаются, и больше стоят за себя и говорят, что их не устраивает. Ну а пожилые родители, наверное, не имеют никаких других инструментов или не сознают, что обида это не лучший для них вариант, для них это единственный вариант привлечь к себе внимание, поэтому они им пользуются по старинке.

А что делать этим взрослым детям, которые выросли, поняли даже то, как живут и почему обижаются их родители, но все равно сталкиваются с этой обидой?

Очень трудно и очень больно, но принять, что это ее манипуляция или это его характер, и относиться к этому, построив себе такой план, исходя из наблюдений, или он сам оттает и это произойдет через неделю, нужно не трогать, и он из этой бутылки вылезет, или он действительно ждет звонка. И я знаю, что его обижает, что он ждет звонка, поэтому я предварю эту обиду и буду звонить чаще, или если я позвоню и услышу холодный голос, то я скажу, что «Извини, не получалось звонить чаще, потому что такие-то обстоятельства», то есть быть проактивным. Если ваш близкий пожилой человек не проговаривает, проговорите вы за него, потому что кто-то должен быть взрослым, кто-то должен понимать, что обида это не лучшее разрешение конфликта, это очень такой пассивно-манипулятивно детский подход к жизни, который нужно менять или к которому нужно подстраиваться.

Да, сложно жить в этом мире.

Но мы же хотим, чтобы было легче, поэтому давайте сразу поймаем себя, почему я обиделась, они об этом не знают или они в сотый раз делают то, что я просила, надо делать выводы, сколько можно на те же грабли наступать, и искоренять эту привычку. Дорогу осилит идущий.

Хорошо. Дорогу осилит идущий, точно. Спасибо большое, Светлана. Очень интересно, как впрочем, и всегда.

Спасибо за интересные вопросы.

Я, наверное, закончу наша сегодняшнюю беседу фразой кота Леопольда, вспомнила ее только что, «Ребята, давайте жить дружно».

Давайте проговаривать и жить дружно.

Это была «Психология на Дожде», я Александра Яковлева. Напоминаю, что с нами была социальный психолог Светлана Комиссарук. Всем пока.

Читать
Другие выпуски
Популярное
Лекция Дмитрия Быкова о Генрике Сенкевиче. Как он стал самым издаваемым польским писателем и сделал Польшу географической новостью начала XX века