Лекции
Кино
Галереи SMART TV
Как избавиться от внутреннего критика и начать жить
Читать
28:26
0 16652

Как избавиться от внутреннего критика и начать жить

— Психология на Дожде

В новом выпуске программы «Психология на Дожде» в гостях у Александры Яковлевой — Екатерина Бурмистрова семейный психотерапевт. Свою лекцию она посвятила феномену внутреннего критика и, в частности, рассказала о том, как он формируется у человека в детском возрасте, что может особенно сильно повлиять на его развитие, что делать, если самокритика мешает жить, и как бороться с цензором внутри себя и заставить его приносить пользу, а не вред. 

Всем привет. Это «Психология на Дожде». Я Александра Яковлева, и сегодня у нас в гостях семейный психолог, писатель Екатерина Бурмистрова. Здравствуйте, Катя.

Здравствуйте, Саша.

Мы будем говорить о внутреннем критике. Не знаю как вы, а я с ним отлично знакома, то ли друг от мне, то ли враг, пока не разобралась. Надеюсь, с помощью Кати мы как раз сегодня это и узнаем.

Очень важная тема. Сложно в нашем русскоязычном пространстве найти человека, у которого не было бы внутреннего критика, вот что я вам скажу. Но они разные, так что давайте исследуем их и выведем на чистую воду.

Какие?

Разные. Разные по силе, разные по интенсивности. Собственно, внутренний критик это, с моей точки зрения, усвоенное отношение к себе, усвоенное в детстве, в раннем детстве, и потом дополненное, вот усвоенное, дополненное, доработанное уже нашим взрослым отношением.

Усвоенное от кого?

«Кривой у тебя домик, Саша. Вон Маша нарисовала домик, смотри какой красивый. А у тебя что за домик?», вот так примерно. То есть это те критические замечания, которые были когда-то нами услышаны, которые были сказаны нам любящими обычно людьми, с желанием нас улучшить, улучшить наши результаты. Ребенок очень чуток к тому, что говорят о нем взрослые, ведь самооценка ребенка формируется снаружи вовнутрь, и до семи лет доверие к тому, что ребенок слышит о себе, максимальное.

Я так, знаете, к себе уже начала это примерять…

Будет ли полезно это для вас?

Я вспомнила о том, что да, есть всегда значимый взрослый у ребенка, и если ты что-то слышишь от него, то оно пробивает тебя. А если это какой-то незначительный человек, мимо прошедший, как правило, меня это не задевает. То есть это именно от значимого взрослого прилетает нам…

От тех, кого мы слушаем и слышим. И если в первые несколько лет это родители, и может быть, еще воспитатели детского сада, то потом, начиная с семи лет и дальше, все время активной социализации, это еще педагоги, руководители кружков и секций, значимые одноклассники, соседи. Вообще в принципе в пубертате, наоборот, у человека очень расширяется круг этих значимых людей, он собирает реакции о себе со всех сторон, где нужно и где не нужно, по сути.

Где нужно, это хорошо. А вот где не нужно, как-то его отключать можно?

К сожалению, большинство людей не умеют фильтровать, и мы слушаем и собираем обратную связь и позитивную, и негативную, и от доброжелателей, и потом уже, во взрослом возрасте, начиная с пубертата, и от тех, кто, может быть, с нами конкурирует и не желает нам всего хорошего, и нет фильтров. Собственно, мне кажется, что задача взрослого человека не только научиться с внутренним критиком что-то делать, не давать ему полностью микрофон, но и научиться кого-то впускать в свой жизненный клуб и слушать его, а кого-то блокировать, сказать, что нет, твое мнение я слушать и воспринимать всерьез не буду.

Логичный вопрос, как научиться?

Для этого нужно вообще вскрыть механизм работы внутреннего критика. Давайте мы попробуем это сделать.

Давайте, поподробнее.

Мы будем говорить о взрослом возрасте, потому что в первые семь-восемь лет ребенок слушает, что он нем говорят и запечатлевает на автомате. Это вот момент к родителям, имейте в виду, что вам очень верят. Ребенок еще не умеет доверять, у него нет собственных критических фильтров, он всё воспринимает как правду. Если мама говорит, что я дебил, извините, значит, я дебил. Если мама говорит, что я красавица и умница, значит, я красавица и умница. Если ребенка много критикуют, его внутренний критик будет жестким.

Дальше, примерно с семи до четырнадцати лет, у человека возникает возможность фильтровать информацию, кому-то доверять, кому-то не доверять. Возникает такой предбанник восприятия информации, до семи лет его нет, сразу всё падает очень глубоко и больно. Дальше возникает предбанник, как бы информация там как в буфере фильтруется: а я буду это слушать, я буду этому верить или я это подвергну сомнению и скажу: «Он врет, это неправда» или «Мне это неважно», или этот человек вообще недостоин того, чтобы я его слушал.

И тут важный момент понять, что в этот предбанник в этот предбанник что-то попало, что вы рассматриваете какую-то точку зрения о себе, что вам сказали: «Ну, текст-то неважный», или там «У других-то, посмотри, какие проекты». Пришла заявка, и либо вы ее рассмотрите и примите, и она станет частью хора вот этого внутреннего критика, либо вы скажете: «Ерунда. Он мне завидует», или там «Он сам никогда этим не занимался», или «У нее собственные проблемы, поэтому она говорит так мне, она так компенсируется». Но самый первый момент — заметить, что поступило что-то извне, какой-то пришел стимул, который будет работать либо на вашего внутреннего критика, либо на вашу уверенность и комфортное ощущение себя в мире. Не знаю, не сложно ли я говорю сейчас?

Нет, это отзывается. Я просто подумала, как раз сейчас, в этот мир соцсетей, когда человек выкладывает фотографию, делает сторис или пишет текст, чем больше у него аудитория, тем больше негативных, как правило, комментариев, и вот это те самые критики, которых склонны многие замечать. И это как лакмусовая, вскрывает то, что в нас откуда-то проросло — кто-то спокойно говорит: «Они не понимают, о чем пишут» и продолжает делать свое дело, а на кого-то это очень больно падает.

Да, это зависит от степени упругости нашей реакции. С блогерами, и вообще с Instagram, это отдельная история, у меня довольно большой блог, я знаю, что это. Когда работают с блогерами, их в первую очередь учат отрабатывать негатив на самом деле, и говорят, что хейтеры — это признак популярности, это отдельная история. Но в принципе то, что вы сказали, может ли быть упругая реакция на упрек, можем ли мы отбить это или мы сразу принимаем близко к сердцу.

И это очень зависит от уровня нашей самооценки на самом деле, и от того, было ли у нас на самом деле в детстве право защищаться и говорить «нет», и дали ли мы потом его себе в более взрослом возрасте. Чем более не уверен человек в себе, тем больше с таким как бы рвением он будет собирать любое о себе мнение, любую точку зрения, и это будет очень много негатива. И чем больше достижения, чем выше человек поднялся, чем более он значим, тем больше будет негатива. Появление первого негатива значит, что ты делаешь правильное и хорошее, вот так как бы это есть.

Но сложно, потому что есть люди, которые говорят: «Ерунда, мне не важно его мнение», и очень часто это детский навык, когда мама или бабушка говорили: «Не слушай, что говорят другие люди, только ты сам и только те, кто тебя любят, знаю о тебе правду». А бывает другая установка: «Слушай, что скажет соседка, а как посмотрит учительница, а что скажут люди на улице», и вот это формирует излишнюю восприимчивость. Тут, чтобы понять, как ваш внутренний критик устроен, все равно нужно вернуться к детской истории и понять, какими были ранние послания, что вам говорили ваши взрослые, как нужно относиться к мнениям других людей.

Я вспомнила детскую, не знаю, что это, поговорку «Я тебя не слушаю, посолю и скушаю».

Прекрасно, да.

Это в детстве, я помню, работало отлично, отбивались только так.

В детском фольклоре, да, отражает.

Во всяком случае, я в своем детстве точно помню, что-то тебе неприятное кто-то бросил, а ты ему сразу эту фразу, и так хорошо после этого, легко, побежал…

А кто вас научил? Кто вам рассказал, откуда вы это взяли?

Не знаю.

Но очень полезная штука.

Но было же?

Да, было, конечно.

Вот, отличный инструмент. Я прямо буду пользоваться. Но с другой стороны, да…

Знаете, история в том, что у взрослых очень часто внутренний критик запускается уже не от внешних событий, а во внутреннем монологе. Это не внешние критики запускают у нас процесс, а мы сами себя начинаем грызть, и не умеем самому себе сказать: «Я тебя не слушаю, посолю и скушаю». Потому что запускается именно внутренний критик, это та интериоризированная, сложное психологическое слово, то есть усвоенная извне вовнутрь психологическая инстанция, которую мы внутри имеем. Он действительно внутри, и в какие-то моменты он запускается, в триггерные. Что-то триггерит, включается что-то, и человек начинает вот эту вот жесткую программу самокритики.

Я всегда, когда работают с людьми, и в очных, и в дистанционных форматах, говорю, попробуйте послушать текст вашего внутреннего критика и прямо записать его, это тоже инструмент. Потому что оказывается, что текст этого внутреннего критика может быть очень похож, я все про прошлое, на какой-то, интонационно или прямо текстом, на текст каких-то из фигур вашей ранней привязанности. На текст училки, на текст воспитательницы МарьИванны, на текст бабушки, на текст вашего первого начальника, на текст вашего научного руководителя, прямо вот говорит «Ну что же ты делаешь!» или «Опять все не то!». И прямо ловят люди интонацию, и им становится проще, потому что, если вы видите источник, вам проще устранять последствия.

Интересно. Но на себя если примеривать, то мой внутренний критик это как бы самый, получается, мой жестокий враг.

И цензор. Жесткий цензор.

Цензор, да. Потому что у меня к себе больше всего вопросов, претензий, недовольства. То есть весь остальной мир я как-то понимаю, принимаю, я готова оправдать людей, если они совершают ошибки, я не храню какие-то обиды, не предъявляю никаких счетов. А вот к себе…

Но не саму себя.

И что же с этим делать?

Смотрите, то, что вы рассказали, очень похоже на, сейчас опять будет мудреный термин, есть термин интернальный локус контроля. Интернальный это когда все внутри, причина всегда в вас, вы отвечаете за все происходящее, вплоть до курса валют и глобальных мировых процессов. Экстернальный локус это когда тот, кто отвечает, всегда снаружи. Мы не выбираем, какой у нас локус контроля, считается, что да, стиль воспитания влияет, но во многом это личная предрасположенность еще.

Итак, нужно знать, что в вас это запускается и что вы отвечаете за все. И дальше, на самом деле первый шаг, Саша, это всегда, это говорить себе: «Стоп!». Вот оно включилось, но оно мне вредит. Потому что в принципе нужно знать не только триггеры, которые запускают внутреннего критика, триггеры это ситуации, в которых внутренний критик 100% включится. Вот у нас с вами разный, наверняка, список триггеров, у меня свой, у вас свой. Но есть что-то общее для многих людей, сейчас я их назову, вы потом скажете, какие у вас, если захотите.

Давайте.

Значит, это дедлайны и спешки. Ситуации с повышенной значимостью, с большой внутренней значимостью. Зона стресса, когда вы утомлены и двигаетесь в очень большом или слишком низком для себя темпе. Ситуации испытаний вообще по другим сферам жизни, которые тоже снижают наш психологический иммунитет. Это, наверное, основные, их можно расширять, но это такие общие категории.

Иногда это какие-то бытовые ситуации, например, чистота и порядок на кухне. Вот вы знаете, что если вы зайдете, и вот в этой зоне вашей повышенной значимости что-то не так, обязательно включится внутренний критик, который скажет: «Ну что ты за хозяйка!» или что-нибудь еще, это может быть не ваш внутренний критик. Или там по работе, «Ну он же лучше двигается, чем ты, у него более мощное продвижение». У всех разные зоны уязвимости, триггерные точки.

Правильно, не правильно делиться своими историями, но я сейчас поняла, например, …

Как хотите.

Я когда захожу домой с работы, а дома, например, были дети, они весь день ели, ели, и накопилось вот этой посуды целая раковина, я всегда ругаю не их, а себя, «Я их не научила».

Вот. Как мы работаем с внутренним критиком…

Детям хорошо, мама не говорит: «Что это такое, почему вы тут устроили!», мама приходит и думает: «Ну вот, ты их не научила, и поэтому у тебя здесь полная…»

Вот ты мать ехидна, и дома у тебя…

Да что ехидна, просто не справилась, не умеют помыть тарелку. Сейчас прямо заплачу.

Как работает внутренний критик, вы прекрасно описали вашу реакцию. Что с этим моментом делать, вот если так идеальную картину. Вы идете к дому и вы вспоминаете, что дети там были одни, наверняка они ели, вряд ли они вели бестелесный образ жизни. Вы прогнозируете вот эту свою триггерную ситуацию, и вы помните, как вы на нее реагируете. И дальше включается так называемый план спасения. Вы говорите себе: «Так, они были одни, много часов, дом не сгорел, у них было хорошее настроение, и вообще это не моя зона ответственности, дети уже совершеннолетние», например. Я говорю абстрактный набор аргументов, но он часто встречается, что я не виновата, что это не моя зона ответственности.

Вы помните свою реакцию, очень часто в ситуации с внутренним критиком что бывает, что мы политику страуса используем. Это так неприятно, слушать этот голос внутреннего критика, что когда он затыкается, мы про него забываем и думаем, что это был последний эпизод встречи с этим самым внутренним критиком. Но на самом деле ведь не так, совсем не так. Вот если мы это помним, вы когда открываете дверь, вы уже в полной боевой готовности, вы не даете внутреннему критику микрофон. Это один из мощных инструментов, вы используете прогнозирование, и особенно когда он должен был бы включиться, вы уже готовы и говорите: «Так, тебя я не слушаю».

Хук справа. Или слева.

Да, это легко сказать, трудно реализовать на самом деле.

В том-то и дело, что это непросто. Все вот так сейчас послушали вас, сказали, «О, здорово!».

А вы попробуйте.

А в жизни начнется, сложности начнутся.

Это то, что я рассказываю в своих программах регулярно, я скажу, что с сорокового раза у вас получится гораздо лучше, и вы уже научитесь видеть текст внутреннего критика. То есть это я не придумала сейчас какую-то абстракцию, это проверенная методика, но она требует навыка. Смотрите, ведь внутренний критик, он с вами работал, он вас критиковал много лет, иногда десятилетий, вы его прикормили.

Какого волка ты кормишь, да?

Да. Это текст заезженной пластинки, чтобы выключить его, тоже нужно время. Это не то, что там ты раз, понял и выключил. На момент понимания, я сейчас понятно рассказала, что имеется в виду, но он очень важный, потому что дальше вы начинаете тренировать противоположный навык.

Да, так на это тоже нужно годы потратить, получается.

Нет.

Если ты кормил этого волка, а теперь начал другого, кормил годы… Нет, не так? Как?

Нет, так это не работает, потому что иначе бы человечество не выжило. Нельзя сказать, что если вы двадцать лет его кормили, теперь двадцать лет будете переучиваться. У нас очень пластичный мозг, огромная способность к адаптации.

Хорошая новость.

Да. И действительно, новые нейронные цепочки формируются быстрее, нам нужно, чтобы немножко ослаб вот этот вот старый нервный след. То есть, если мы каждый раз будем пытаться затыкать внутреннего критика, переключаться, тут важно переключаться, услышать, что текст начинается, и внутренне переключиться. Сказать, так, это я слушать не буду, я лучше подкаст послушаю, или я там лучше включу свою музыку, или я переключусь на новости, или я поговорю с детьми, я не буду давать микрофон внутреннему критику. Постепенно и очень быстро вот этот нервный след будет ослабевать.

Единственно что, плохая новость, знаете, какая, что все это работает, когда мы спокойны, когда мы в относительно ресурсном состоянии. Если вы вне зоны комфорта, вы устали, вы перегружены уже, вы недавно, может быть, переболели, это просто сложнее делать, поэтому начинайте тренироваться в зоне комфорта.

Вот вы предвосхитили вопрос. Я подумала, а если внутренний критик вопит или он так громко говорит, что у тебя не хватает ресурса переключить его?

Знаете, мы как-то быстро перескочили. Я бы начала вообще с другого, я бы начала с изучения повадок внутреннего критика, он у нас у всех разный.

Как интересно.

У нас он разный, они не то что ваш и мой, они разные, и у каждого из слушателей свой собственный внутренний критик со своими повадками. Как котики разные, внутренние критики тоже разные, и надо изучить, какой у вас. Во-первых, в какие моменты он включается, вот это очень важно, это этап наблюдения. В любом серьезном проекте, в любом эксперименте, в любой образовательной программе, в любом вообще событии нужно сначала посмотреть, понаблюдать, не бросаться. Если вы пару недель, ничего не меняя, понаблюдаете за своим внутренним критиком, вы увидите очень интересные вещи.

Например, вот что часто бывает, что включается он ближе к вечеру, или включается он резче к концу недели, или он включается в моменты, вот эти моменты Икс, который для вас очень высокой значимости. Уборка, есть женщины, которых накрывает внутренний критик в моменты, когда они пытаются навести порядок. У мужчин немножко другая динамика, у них внутренний критик может включаться в конкурентные моменты на работе. Но почти у всех внутренний критик ведет себя более резко в моменты утомления, усталости и повышения темпа, выхода из комфортного темпа.

Я очень, конечно, рекомендую, но мало кто это будет делать, но вы послушайте хотя бы, — записывать, то есть не держать эти наблюдения в голове, а прямо в заметках, в файле, где угодно, записывать, что вы увидели, чтобы это не было эмоциональным впечатлением, а было такими заметками на полях. Если вы две недели это делаете, у вас много материала, и потом больше возможности забрать микрофон у критика, вы уже знаете, когда он активен. Понятно или это как-то мудрено?

Да. Я просто начала себе представлять, как вот кто-то берет ручку, карандаш, или телефон с заметками, и начинает писать. А можно примеры, вот что написать?

Смотрите, если вы пользуетесь листком на холодильнике, вы ставите палку, что он включился, время, примерно 17 часов и ситуацию. То есть это минута.

То есть не нужно записывать фразу, он говорит мне или она… Мне кажется, оно.

Нет, это потом. Про текст внутреннего критика, это следующий шаг, пока наблюдайте случаи «вкл-выкл», включился, выключился и моменты. И моменты потом вы можете посмотреть, будет время, расписать, что это было. Очень часто ведь внутренний критик активизируется при нашем общении с кем-то. С мамой поговорили, дай бог ей здоровья доброго, он включился.

И крышечку снесло.

С коллегой поговорили, снесло. А какие-то люди действуют противоположно, наоборот, они затыкают внутреннего критика надолго, кто-то, общение с кем вводит нас в ресурс. Или там, скажем, посмотрели Instagram чей-то, а он такой весь красивый, волшебный, все там прекрасно — внутренний критик включился. То есть моменты и ситуации включения, это то, что первым нужно пронаблюдать, тогда вы будете готовы, тогда вы будете знать, где вы уязвимы.

Значит, это первая стадия, on-off, начало-конец.

И ситуация, вы смотрите динамику.

Ситуация, плюс-минус время. И у тебя появляется такой график.

Ну, время не до минут, до периода дня.

Понятно, утро, вечер, день, ночь.

Обычно вот эта вот история, она дает три-четыре, иногда больше, ситуаций, когда он включается с очень большой вероятностью. Велика вероятность, в ноябре часто дождь в средней полосе, вот по вечерам в пятницу часто вы себя грызете, или по утрам в понедельник, вы видите свою динамику.

Дальше уже можно приступить к следующему этапу, распаковки, спросить, а почему, собственно, сейчас, что там. Я устал, я не поел, я пообщался с МарьИванной, я посмотрел на себя в зеркало, часто же это связано с внешними показателями. То есть дальше уже смотреть триггеры, не время, а список триггеров и ситуаций, в которых он включается. Это сейчас сложно звучит…

То есть прямо так и писать — пообщался с МарьИванной?

Да, отмечать себе.

То есть это момент, когда проснулся вот этот Оно, как у Стивена Кинга.

Оно, и вы не смогли его сразу заткнуть.

С зубами острыми начало тебе вгрызаться в душу.

Учитель сказать, а ваш-то ребенок… Как это мне все пишут, позор с домашкой, ежедневный позор с домашкой, вот внутренний критик и говорит…

Когда учитель говорит родителям, что их ребенок с чем-то не справляется.

Да, очень часто. Очень сильно запускается внутренний критик с социальными всякими штуками, с социальными взаимодействиями, но самый жесткий все-таки внутренний, когда вы сама себя или вы сам себя сравниваете с кем-то или с чем-то не в свою пользу.

Причем это характерно ведь происходит именно что не в свою пользу, то есть, когда ты выглядишь хорошо, ты вроде этого и не замечаешь.

Это не внутренний критик.

Но когда ты выглядишь плохо, это прямо же невозможно же не заметить. Причем плохо в своих собственных глазах.

Да. С одной стороны, невозможно не заметить, с другой стороны, включается возможность анализа, самоанализа, который я предлагаю сейчас включить, потому что это неприятно эмоционально, и мы хотим про это забыть. И в результате оказываемся не готовы к следующему включению внутреннего критика, понимаете.

То есть мы каждый раз его задвигаем, а он вылезает, а мы его задвигаем, то есть мы его… Получается, надо познакомиться с собой, по сути?

По крайней мере, такую ревизию провести, как в шкафу вы проводите ревизию, в бумажках. И вот смотрите, что я хочу сказать, что следующий этап наблюдения — это интонация. Чтобы научиться слышать, что он включился, нужно слышать интонацию внутреннего критика. Это прямо как будто вы о себе начинаете думать по-другому. Помните метафору из «Снежной королевы», вернее, образ, как там разбилось зеркало троллей, осколки разлетелись, и каждый попал там куда-то. Это как будто бы вам в глаз попадает осколок зеркала троллей, и вы начинаете на себя смотреть, как будто это какая-то образина ужасная, или какой-то просто монстр. Вот это изменение взгляда на себя — это включение внутреннего критика. Я, может быть, утрированно описала, не у всех так это ярко…

Но наглядно вполне.

Это прямо как будто бы другой голос включается, никакой шизофрении, по сути, можно всегда отследить историю, эта интонация, она чаще всего на кого-то похожа. И вот этот момент, он очень много дает свободы, потому что когда вы понимаете, что у вас включается МарьИванна, то есть ваша математичка, или ваша бабушка, или ваша раздраженная мама, вы можете интонацию научится ловить и останавливать. Это очень легко, то есть вот эту вещь люди усваивают очень легко на самом деле, интонационное изменение отношения к себе.

Казалось бы, так просто, но легко сказать…

Я сейчас легко говорю, потому что я много раз помогала людям это делать, и в терапии, и в разных форматах, и в дистанционной работе, и в групповой, это действительно можно делать. Единственное, что вот оговорка всегда, для каких групп лиц. Вот если ваш внутренний критик говорит вообще не переставая, то есть это главный голос вашего отношения к себе, то таких мер будет недостаточно, нужно сначала снизить интоксикацию. Потому что бывают люди, к сожалению, они редко достигают каких-то больших успехов, хотя бывают исключения, когда они постоянно живут со включенным внутренним критиком.

И еще один момент я хотела сказать про внутреннего критика, они смежные. Некоторые говорят: «Мой внутренний критик полезен. Он полезный. Да, мне тяжело, он говорит мне гадости, но это полезный критик, благодаря ему я достиг того, чего я достиг, потому что я всегда был строг к себе»

Кстати, а разве в этом нет какого-то здравого зерна?

Вопрос — какой ценой? Да, иногда есть, потому что именно внутренний критик не дает прокрастинировать, смотреть пятую серию сериала, я не знаю, что еще.

Да, иди, делай, несмотря на ошибки, мы можешь, ты справишься.

Но он же может довести до невроза, депрессии и чего похуже.

То есть нужен баланс.

Да. И нужно понимать вообще тоже, это следующий этап исследования, спецэффекты, действия вашего внутреннего критика, положительные и отрицательные, позитивные и негативные.

Но это же как-то…

Какие-то позитивные есть?

Позитивные? Да, конечно. Я опять к себе, любимой, что делать, на себя. Этот критик, часто как раз он и является тем стимулом, стимул, пряник и плетка. Это плетка, но она заставляет тебя двигаться, и часто ты достигаешь успеха или результата, который ты хотел достигнуть, благодаря тому, что ты не остановился, не расслабился, не уселся себя жалеть, а встал и пошел.

Сейчас гадость скажу. Гадость скажу не вам лично, а так сказать, в пространство.

Я так, знаете, стала его защищать.

Он полезный, конечно.

Видите, он нужен нам, кажется, иногда.

И не случайно вы его так защищаете. Мы уже с вами, и вы, и я, и большинство наших слушателей, выросли в нашей системе образования русскоязычной, авторитарной.

Говорите гадость.

Это гадость, это уже пошла гадость. А она вся построена на критике, сравнении и негативных комментариях. Это отдельный разговор, почему именно так, и не только у нас, собственно, немецкая система образования, где очень много критических замечаний человек получает в рамках и обучения, и дома в формате воспитания. И в школе это одно, в системе это другое, кто тебе скажет неприятное, если не я, что я тебя люблю, и я тебя поэтому критикую. И мы это отношение к себе усваиваем, и поэтому так верим внутреннему критику.

Но на самом деле, подумайте, это про стакан, который наполовину полный или наполовину пустой. Сказать: «Ну что же ты не сделал половину работы, давай доделывай», или сказать: «Слушай, ты половину работы сделал, тебе всего половина осталась».

Молодец.

Молодец. И нам свойственно вот это первое — 50% не сделано, это вообще что такое? Мы так к себе относимся, мы в свое время усвоили это отношение, и оно стало мощной линией в голосе нашего внутреннего критика.

Ну да, ведь учиться на пятерки.

И другой учится лучше.

Идти, так впереди всех.

Да.

Если родину спасать, то это я, или вот дед был героем.

Да, это очень мощный социальный миф, очень мощный национальный миф. Вопрос — какой ценой опять же, что люди, которые…

За ценой не постоим. Опять сразу, видите, вспомнилось.

Да. Но это люди, которые не умеют достигать результатов. Как только они достигли результата, они его обесценили и пошли дальше. У них вообще нет зоны комфорта и зоны расслабления, они не могут радоваться тому, что они наработали. И таких примеров тоже масса на самом деле.

Я вспомнила вот это советское время, наших дедушек и бабушек, эпоха достижений, защита родины, постоянно себя переламывание и во имя чего-то жизнь, такая жизнь, на алтарь положенная, и все в жертву принесено.

И нет вариантов.

Вариантов нет.

И только жесткие меры тебя мотивируют.

И они этим же как бы воспитывают детей, и дети детей, и вот они мы такие все растем.

Вот вообще не критикуя дедушек и бабушек, вообще никак не обесценивая их опыт и их способы, у нас, вот как бы в нашем варианте очень часто это жесткое отношение к себе, эта критика, оно не играет ни на пользу процессу, ни на пользу результату. Оно уже не нужно, оно так же устарело, как двигатель на солярке или керосиновые керогазы. Это что-то такое, что было необходимо когда-то, а сейчас используется, что называется, на автомате, по старинке.

И это вопрос — как бы вы хотели модифицировать своего внутреннего критика? Что оставить, в каких пропорциях оставить, может быть, он вам нужен, а в каких пропорциях и где убрать. Потому что очень часто, в других исторических условиях, с другими личностями, он демотивирует, он отправляет в нокаут, он лишает веры в себя.

Так что тема богатая и вопросов много. Хорошая новость в том, что можно меняться, и что эту штуку можно очень легко менять. Как только человек видит своего внутреннего критика и увеличивает свою дистанцию относительно него, понимает, что это вообще не единственный способ на себя смотреть, все меняется. Да, не быстро, но очень существенно.

Ветер перемен, прямо я вспомнила песню. Все меняется, все можно поменять.

Все можно изменить, да.

Катя, спасибо вам огромное, очень было интересно. Надеюсь, всем было так же полезно, как и мне. Напоминаю, что с нами была Екатерина Бурмистрова, семейный психолог, писатель. Спасибо еще раз.

Спасибо, Саша, интересный разговор.

Всем пока. Я Александра Яковлева, слушайте нас дальше.

 

Читать
Другие выпуски
Популярное
Лекция Дмитрия Быкова о Генрике Сенкевиче. Как он стал самым издаваемым польским писателем и сделал Польшу географической новостью начала XX века