Михаил Фишман — о снятии «Яблока» с выборов: «Это очень много говорит о самой системе, о том, как Путин принимает решения, и что в целом происходит»

Я сразу скажу, я не ожидал, что так быстро снимут партию «Яблоко», потому что буквально в среду прошлую, 5 августа, Элла Памфилова отчитывалась перед Путиным о том, что у нас все готово. Вот у нас, цитата, «сформирован бюллетень», и там упоминалось «Яблоко» на ее встрече. 

Это все такая процедура бюрократическая отчета перед начальником о том, что «вот все идет по плану, все как договаривались, и пожалуйста, получите, распишитесь, мы все сделали, к нам не придерешься, у нас все хорошо». 

И прошло с тех пор два рабочих дня и два выходных. И в понедельник «Яблоко» снимают. Претензии смехотворны. Понятно, что они собирались стремительно быстро и на коленке. Они совершенно безумны и с точки зрения здравого смысла, не говоря уж о праве. Особенно обращает на себя внимание то, что по ходу процесса еще появилась бумажка из Росфинмониторинга об иностранном финансировании. 

То есть они так торопились, что просто по ходу суда в понедельник просто кто-то пришел и положил бумажку, и представитель ЦИКа ее зачитал. После этого стало понятно, что дело идет к снятию. 

И еще одна важнейшая вещь — это что, когда, после того, как вы отчитались перед Путиным, что вот у вас такие-то партии, такой-то бюллетень, вот у вас все готово и так далее, и Путин кивает, после этого менять этот бюллетень, тем более, когда речь идет про «Яблоко», вычеркивать оттуда партию можно только с его согласия. Просто по-другому не может эта система работать. 

Это означает, что за эти четыре дня, которые два рабочих и два выходных, с тех пор, как Путину показали этот бюллетень, кто-то дошел до Путина и сказал, что «Яблоко» все-таки надо снимать с этих выборов. Вероятно, потому что «вот, смотрите, история не такая, как изначально вам, может быть, докладывали». 

А кто ему мог изначально докладывать? Видимо, Сергей Кириенко, который отвечает за этот бюллетень как таковой. Это его зона ответственности, опять-таки, бюрократическая, чисто аппаратная. 

Кто-то дошел до Путина. Понятно, что это мог быть кто-то из ФСБ, потому что трудно себе представить, кто это мог бы быть еще. И Путин кивнул, и поэтому «Яблоко» было снято. 

При этом одновременно очень трудно себе представить, чтобы «Яблоко» появилось в этом бюллетене изначально без кивка со стороны Путина. Чтобы с ним это не было согласовано никак теми, кто этот бюллетень составлял. Это тоже невозможно себе представить. 

Суть событий заключается в том, что Путин кивнул дважды. Сначала в одну сторону, а потом в другую. И это очень много говорит о самой системе, о том, как Путин принимает решения, и что в целом происходит. Это очень важное событие, безусловно. И сам факт включения «Яблока» и факт его снятия такого столь стремительного. 

Это означает, что система находится в состоянии тяжелейшего внутреннего раздрая, такой шизофрении, в которой, с одной стороны, Путин уверен в том, что у него все хорошо, и все поддерживают его и его войну, а с другой стороны он в этом не уверен. 

И кивает тем, кто говорит, «нам надо снимать "Яблоко"», не важно даже, какие именно при этом обоснования звучали в этом разговоре. Но всем было понятно, и Путину, и его собеседникам, что мы снимаем «Яблоко», потому что они выступают против войны и слишком много могут набрать. И нам это сейчас вредно и не нужно. 

Значит, с одной стороны Путин верит в то, что он активно продвигается на Донбассе, верит, что Украина сейчас падет, верит, что 99% российского населения вместе с ним поддерживают слепо его войну, а с другой стороны он в этом сомневается. И это, собственно, показало это снятие. 

С чисто политической точки зрения ясно, что это означает курс на тотальную поддержку войны, курс на абсолютно сияющий такой вот путинизм, что не может быть ни у кого никаких сомнений в правильности войны и в целом политики партии и правительства. И, конечно, это еще одно свидетельство такого ужесточения курса. Вот просто на наших глазах то, что решение это было принято, говорит о том, что, конечно, и дальше будут очень жесткие меры по отношению к тем, кто сомневается в абсолютной консолидации российского общества вокруг Путина и войны. 

 В целом это короткое участие партии «Яблоко» в кампании совершенно очевидно говорит о росте антивоенных настроений.

Цифры, которые показывали разные независимые социологические службы, давали по состоянию на месяц назад «Яблоку» около 4%, сейчас наверняка уже больше, но главное – это потенциал. Потенциал огромный, потому что представить себе, сколько людей согласны с позицией, что «давайте закончим войну», потому что никто, кроме «Яблока», этого сказать не может, это огромная совершенно часть населения. 

Это, очевидно, сегодня большинство. Другое дело, что, может быть, не все это большинство бы проголосовало за «Яблоко», но даже если вспомнить, что Борис Надеждин, когда он пошел на президентские выборы, социологи по прогнозам давали ему до 20% голосов, а это было 2,5 года назад, и в момент еще ситуация в экономике была гораздо лучше, и Россия не была территорией войны сама по себе, а теперь ситуация кардинально изменилась. Ясно, что потенциал у «Яблока» был огромный. 

Очевидно, что те, кто пришел к Путину с тем, что «слушайте, давайте снимать», наверное, у них есть эти цифры, и они еще лучше, чем мы, понимают эту ситуацию, но в любом случае они испугались. Вопроса нет, это совершенно ясно. 

Дождемся апелляции, но в политическом смысле эти выборы уже состоялись. Они состоялись, и смысл их в том, что Кремль и Путин испугались, что люди проголосуют против войны.