«Меня повесят». Путин сказал это своим приближенным, утверждает источник The Economist

Источники, близкие к Кремлю, утверждают, что после нескольких недель раздумий этим летом Путин, по-видимому, решил пойти на эскалацию войны. Собеседник, давно связанный с главой Кремля, также рассказал, что Путин воспринял недавний визит в Москву директора ЦРУ Джона Рэтклиффа как признак слабости США.

По словам собеседника The Economist, таким же образом Путин отнесся к визиту директора ЦРУ Билла Бернса в ноябре 2021 года. Тот приезжал, чтобы предостеречь российского президента от вторжения в Украину, однако спустя три месяца Россия начала полномасштабную войну.

The Economist объясняет возможную эскалацию растущим внутренним давлением на Кремль. Завершение войны без достижения хотя бы минимальной цели — захвата всего Донбасса — может выглядеть как поражение и, как считает издание, поставить под угрозу власть и жизнь Путина. Однако продолжение войны в нынешнем виде также лишь расходует экономические ресурсы и политический капитал. Поэтому эскалация может казаться Путину способом изменить ход войны, не демонстрируя слабости.

О росте внутреннего давления The Economist судит, в частности, по настроениям россиян. По данным «Левада-центра», которые приводит издание, 57% опрошенных называют ситуацию в стране «напряженной», упоминая войну, потери, мобилизацию и отсутствие ощущения будущего.

Среди российских элит настроения «еще мрачнее», утверждает издание. Один из источников заявил, что почти пять лет войны сами по себе означают провал, каким бы ни оказался ее итог. Другой собеседник рассказал о растущем ощущении, что «царь голый».

The Economist также предполагает, что Россия может усилить диверсии и гибридные атаки против союзников Украины, а также попытаться атаковать маршруты поставок и европейские предприятия, выпускающие военную продукцию. При этом западные разведслужбы не считают, что Путин хочет прямого столкновения с НАТО, подчеркивает издание.