«Это политический кислород». Эксперт — о том, что стоит за визитом Путина в Китай

— Это все равно не рядовой, не еще один визит для Путина. Это политический кислород. Ему очень важно продемонстрировать, что он не в изоляции, Россия не в изоляции. То есть ставки, очевидно, для России и для путинского режима, очевидно, гораздо выше. 

А для Китая это очередная выгодная асимметрия. То есть сначала Китай принимал Трампа и американскую делегацию, и затем практически сразу же принимают делегацию из России. Этот тайминг, он имеет тоже свое значение, поскольку Китай себя тоже позиционирует как ключевой игрок, который не вступает ни в какой из альянсов очевидных, а скорее позиционирует себя как сила, которая будет диктовать в их мире, вероятно, как постзападный политический порядок.

Это символические вот эти все цацки, они важны. Для российской экономики это просто дальнейшее закрепление зависимости. Каких-то прорывов для российской стороны здесь нет. Плохая новость для Украины, для ЕС в том, что Китай, очевидно, не нейтральный игрок на этой сцене. Китай играет сразу на двух шахматных досках. Он играет с США, он также взаимодействует с Россией и, очевидно, является таким вот фасилитатором. Он облегчает российской стороне её возможности продолжения ведения военных действий в Украине. 

То есть не то, чтобы это прямо новость большая для ЕС и Украины, но просто ещё одно свидетельство того, что Китай - это то, с чем нужно считаться, это то, что является таким системным препятствием. И, соответственно, дальнейшая политика Евросоюза тоже должна учитывать, как выстраивать своё взаимодействие в этой конфигурации.

 — Видите ли вы, что Владимир Путин находится в позиции слабого? Что Владимиру Путину больше нужна поддержка Си Цзиньпина, чем Си Цзиньпину поддержка Владимира Путина? 

— Совершенно верно. Давайте будем говорить по существу. Экономический визит что нам показывает? Что Россия всё глубже переориентируется на Китай, но делает это с позиции слабого продавца. То есть Китай уже является главным покупателем российской нефти и газа, российско-китайская торговля стала одним из основных каналов обхода западной изоляции. То есть мы видим такую асимметрию.

Я не хочу тут, повторюсь, как-то перегружать это эпитетами и прочими словами, но мы видим вот эту асимметрию. Это неполноценная модернизационная альтернатива, то, что делает сейчас Россия. Технологический разрыв только будет усиливаться между Россией, Китаем и технологической зависимость даже. А Россия продает сырье, получает машины, электронику, промышленные компоненты, товары двойного назначения. Такая структура, очевидно, закрепляет эту сырьевую и технологическую зависимость. Она будет только усугубляться. 

А проблема для Москвы - Китай не спешит платить политическую премию за это. То есть по газу Пекин хочет низкие цены и выгодные условия, а по технологиям контролирует критические цепочки. И по финансам здесь тоже всё довольно осторожно. Китай тоже не хочет попасть под вторичные санкции. Там есть свои интересы. Это довольно сложная, мне кажется, отдельная тема, но это то, что нужно иметь в виду. 

И, повторюсь, Россия получает такой вот кислород. Мы не в изоляции. Это более экзистенциальная встреча для Путина. Но очевидно, что для нас это скорее, ну, как бы вот игра на двух шахматных досках. 

— Та декларация, которую подписали страны о становлении многополярного мира и международных отношений нового типа. Есть ли смысл за этими словами, что за отношения нового типа? 

— Я бы не стала придавать этому какого-то значения. Мы не видим ничего прорывного. Мы видим просто укрепление, очередное подтверждение тех тенденций, тех трендов, которые мы с вами наблюдали. То есть здесь я бы, наверное, этим словам не придавала бы большого веса, поскольку... Ну, смотрите, визит приурочен к 25-летию кооперации, сотрудничества России и Китая. То есть здесь очень много символизма. Это важно для России, и это очень важно для Китая. Но вот этой символикой, повторюсь, по сути то, что было вынесено, оно не указывает ни на какой прямо вот стратегический прорыв. Особенно для российской страны.