«В 2030 году <...> будете вспоминать Путина и плакать, как было хорошо»: Владимир Жириновский о Фургале и его сыне, своем преемнике, Навальном и жизни после выборов

Гость нового выпуска Hard Day’s Night — политик, председатель партии ЛДПР Владимир Жириновский. Он рассказал, какое участие принял в деле арестованного Сергея Фургала, почему считает сына экс-губернатора Хабаровского края «мошенником», как уговаривал Навального не возвращаться в Россию после лечения в Германии, кто виноват в фальсификациях на выборах, действительно ли ЛДПР — «вторая нога режима». Также Жириновский ответил на обвинения в продаже мандатов и объяснил, почему, по его мнению, участие в выборах — не женское дело, а в России уже много лет не обновляется политическая система.

Обновлено: После выхода программы бывший член Совета Федерации от Хабаровского края Елена Грешнякова назвала недостоверным и «ничем не подкрепленным» заявление лидера ЛДПР Владимира Жириновского о том, что она якобы участвовала в растрате денег, собранных на оплату адвокатов экс-губернатора региона Сергея Фургала. 

«Информацию, которая была распространена на телепрограмме Hard Day’s Night 17.08.2021 телеканала Дождь и исходила от лидера ЛДПР Владимира Жириновского в мой адрес, считаю абсолютно непозволительной, ничем не подкрепленной, не имеющей ничего общего с действительностью», — говорится в заявлении Грешняковой, которое Дождю передали адвокаты экс-сенатора.

Грешнякова предположила, что Жириновский мог сделать такое заявление, чтобы дискредитировать ее перед выборами в Госдуму.

«Заявление Жириновского о том, что я кого-то предала, о моей якобы причастности к нецелевому расходованию денежных средств, перечисленных гражданами на счет хабаровской адвокатской конторы и предназначавшихся для защиты Фургала, является недостоверным и свидетельствует о том, что Жириновский, видимо, дезинформирован своим окружением с целью дискредитации меня перед выборами в Государственную Думу, где я была зарегистрирована в качестве кандидата. Не разобравшись в ситуации, не проверив информацию, Жириновский позволил себе оскорбительную риторику в СМИ в отношении меня, чем нанес существенный урон моей деловой репутации и привел к судебному иску о защите чести и достоинства», — считает Грешнякова.

Желнов: Добрый вечер. Hard Day’s Night на Дожде. Меня зовут Антон Желнов, и я приветствую нашего сегодняшнего гостя, Владимира Жириновского, председателя партии ЛДПР.

Владимир Вольфович, добрый вечер. Рады вас как всегда видеть на Дожде.

Жириновский: Добрый вечер. Я тоже рад.

Желнов: Владимир Вольфович, вот вы были в этой студии почти год назад, в сентябре, тогда как раз всё происходило на фоне новостей об аресте Сергея Фургала, бывшего губернатора Хабаровского края. Вы тогда говорили, что с Путиным, вот в том сентябре, вы говорили, что с Путиным и с главой его администрации, с Антоном Вайно, тему его ареста не обсуждали никак.

Прошел все-таки год, можно было выяснить какие-то новые обстоятельства, учитывая, что Фургал вам, мягко скажем, ЛДПР не посторонний человек.

Жириновский: Конечно.

Желнов: Обсуждали ли вы в итоге вот на протяжении этого года, что мы не виделись, его ситуацию с Владимиром Путиным или с Антоном Вайно?

Жириновский: Обсуждал. И подавал письма от нас, чтобы быстрее провели процедуру какого-то движения. Если достаточно улик для обвинения — значит, суд, приговор, если недостаточно — отпустить человека, чтобы какое-то было решение, сейчас второй год уже пошел. Так что принимали со своей стороны.

Пытались навестить — не пустили, хотя мы специально в свое время два закона подвели под это, что депутаты имеют право. В одном случае мы пишем — беспрепятственно, русское слово, что, не понимаете вы, им говорю, беспрепятственно вы обязаны пропустить. В другом случае специально — без специального разрешения. Что еще надо? Все остальные должен следователь дать разрешения, не дает он, и все, хоть ты пять лет будешь ходить.

Желнов: Ну хорошо, все-таки обсуждения с Путиным или с Вайно, что вы им говорили и что вы слышали в ответ?

Жириновский: Ну, я вам говорю, они ничего мне не говорили. Я отдаю бумаги, говорю, но вопрос как бы стоит, не решается. И вот прошел уже, второй год пошел, и особых подвижек нет. Вроде бы какие-то другие дела пытаются добавить, вроде бы даже пытаются, чтобы он дал какие-то показания на кого-то, кто им тоже нужен.

Но это трудно ведь определять, что-то адвокат может, я же напрямую с ним ни разу не разговаривал, только переписка. Переписка…

Желнов: Вы не ему продолжаете писать письма в тюрьму, вот до сих пор?

Жириновский: Да.

Желнов: Когда последний раз и что он вам отвечал?

Жириновский: Мы пишем, но по его сведениям, он получает очень редко, а отвечает нам руководство Федеральной службы исполнения наказаний, вроде бы регулярно все ему: и передачи, и письма, все. А он говорит, что очень редко приходит ему. Кому поверить? То есть это проблема.

И ни один депутат с другой фракции не поддержал нас, это же депутатская солидарность должна быть. Когда у коммунистов Бессонова арестовать пытались, судить, и он сбежал в Литву, мы были в Кремле, и я поддержал Зюганова, обращаемся к президенту — давайте закончим, ну депутат Бессонов, зачем над ним издеваться, бегает по чужой стране.

А он — никогда, это вот проблема. Я поддерживаю всех, любые фракции, когда лишают там неприкосновенности или там кого-то задержали, тут — никакой, никто ни словом, ни духом. То есть мы делаем, но я говорю, даже не пускают к нему.

Другие выпуски