«Кадыров — один из основных претендентов на контрольный пакет над Кремлем»: какое будущее уготовано главе Чечни и самой республике

Россия — страна архаичная. Секретные тюрьмы, где пытают людей, существуют не только где-то под Москвой, если верить расследованию Republic. Главным образом они есть в Чечне, и пытают там не подозреваемых в терроризме — это можно было бы даже при желании счесть копированием международного опыта, — а геев. И не только пытают, но и убивают, как сообщила в апреле «Новая Газета», и этим процессом руководят высшие должностные лица республики. Глеб Павловский рассказал о том, как Рамзан Кадыров, несмотря на международные скандалы, вызываемые его поведением, не теряет политический капитал, а вполне возможно, даже наращивает его.

«Чечня – военизированная корпорация, способная установить контроль над любой точкой России», — сказал Павловский и добавил, – «Чечня — это место, где насилие над человеком – это норма». По его мнению, российские войска, присутствовавшие в Чечне в ходе первой и второй Чеченских войн, внесли немалый вклад в это. Зинданы (темницы), например, были и в стане российских военных, напоминает политолог.

«Я думаю, что Рамзан Ахматович — один из основных претендентов на контрольный пакет над Кремлем», — так Павловский оценил политические перспективы президента Чечни.

Глеб Олегович, август 2017 года. Вот с 2004 года примерно этот режим живет и растет в Чечне. И что он представляет собой теперь? В каких отношениях, что с ним собирается делать Путин дальше?

Вы знаете, последнее наименее интересно, потому что Путин ничего не может с ним сделать, и еще меньше, чем с «Роснефтью» Сечина.

То есть тут он в той же ситуации, что мы с вами описывали чуть раньше?

Да, он управляет, он удовлетворяется тем, что его признают управляющим всеми ими, это очень важно. Непризнание создаст проблему. Поэтому пока Кадыров признает Путина, он может чувствовать себя спокойно. Чечня сегодня — это очень своеобразный регион, который является одновременно военизированной корпорацией, способной к установлению контроля над любой точкой Российской Федерации, быстрого, военного, разумеется.

Мы помним как недавно брали штурмом бойца…

И то, что это Путин понимает, подтверждается недавним назначением руководителя Росгвардии на роль управляющего безопасностью по Кавказу.

Что-то мы подумали про это назначение и решили не придавать ему большого значения.

Можно не придавать, конечно же это пока номинально, это никак, но разумеется, все понимают, как расставляются фигуры. Чечня, это место, где насилие над человеком — это норма. И кстати, должен сказать, что эту норму вводили когда-то российские военнослужащие, давайте не будем забывать, что начинали это из Москвы, а потом уже трудно…

Вы имеете в виду 1994 год или 1999 год?

Вы знаете, там не было перерыва, там практически не было реального перерыва. И зинданы, и пыточные тюрьмы существовали в расположениях российских военных частей, это хорошо известно, описано, документировано, и то, что там происходило, чудовищно. Так же чудовищно, как то, что происходит сегодня в аналогичных заведениях в Чечне.

Как вы видите Чечню через год, два, три, я не знаю, когда-то будет же решаться вопрос о транзите?

Через год, два, три будет решаться вопрос контроля над Кремлем, и я думаю, что Рамзан Ахматович Кадыров один из основных претендентов на контрольный пакет.

Ничего себе.

Фото: Саид Царнаев/РИА Новости

Другие выпуски