«Шахты» в квартирах: насколько безопасна и прибыльна «добыча» криптовалюты

Криптовалюты уже давно вызывают панику у представителей власти разных стран — неподконтрольный, неотслеживаемый, постоянно растущий рынок валют угрожает устоявшемуся порядку. В свою очередь майнеры, которые «добывают» виртуальные деньги, в восторге, ведь это — легкий способ заработать. В России криптовалютный эпицентр находится в Иркутске, где побывал корреспондент Дождя и узнал у майнеров все подробности этого неоднозначного бизнеса.

Неизвестная локация где-то в Сибири. Все шумит, мигает и греется. Сотни чипов в шкафах из нетесаной доски — это недосуперкомпьютер. Живая комната, которая круглосуточно «майнит» биткоины — добывает виртуальные деньги.

Юрий Дромашко, майнер: Везде, где есть розетка дешевая — везде будут майнить, очень скоро.

Таких мануфактур — сотни тысяч. Криптовалюта как торрент-трекер: система живет на распределенных по всему миру мощностях; тут каждый компьютер — держатель общака. Чтобы новые деньги работали, этим чипам нужно решать уравнения — за решения система платит биткоинами — так шахтерам платят золотом.

Юрий Дромашко, майнер: Мне не угрожает налоговая и не угрожает полиция — но вы знаете, где мы живем. У меня такой опыт, что лучше, чтобы лишние люди не знали.

Предприниматель Юрий Дромашко собрал из проводов, удлинителей и фанеры собственную «Матрицу» — если бы он работал тут один, сошел бы с ума от шума. Он сам видел таких — ходят здесь в рваных шортах и тапочках, хотя давно уже могут позволить себе бентли. Таков узкий круг виртуальных сибирских шахтеров.

Юрий Дромашко, майнер: Здесь мы принимаем в оплату биткоины, здесь тусуются майнеры города Иркутска — очень многим я сам продал майнеры, помог сделать фермы — мы здесь тусуемся, покупаем-продаем биткоины, обсуждаем.

В Иркутской области добывать криптовалюту — это самый модный андеграунд, а Дромашко — спикер этого подполья.

Юрий Дромашко, майнер: Я знаю людей, которые пенсионеры-майнеры. Я знаю женщин, которые майнят. Это очень демократичное занятие. И люди, которые занимаются майнингом, прямо на глазах становятся более счастливыми, более веселыми — приятно смотреть становится!

В Иркутской области бегут самые быстрые реки и делают самое дешевое электричество: один киловатт — один рубль.

Юрий Дромашко, майнер: И поэтому Иркутск смело можно назвать столицей майнинга России, потому что здесь самые большие фермы, самое большое вовлечение населения в эту тему — и я думаю, что в этом плане Иркутск еще прорвется и себя еще покажет.

Кирка, видеокарта, шахта. Гаражная экономика в чистом виде. Восточная Сибирь незаметно для центра уходит в сумрак криптовалют.

Юрий Дромашко, майнер: У меня многие друзья и родственники пожилого возраста имеют биткоин-кошельки — и очень счастливы, что могут иметь дополнительный доход к тем небольшим деньгам, которые у них есть.

Люди не доверяют государству? Пусть государство переходит на криптовалюту!

Юрий Дромашко, майнер: Я всеми руками за то, чтобы Россия хоть что-то выпустила. И дай бог, чтобы это стало продаваться как биткоин — тобы весь мир стоял в очереди, чтобы купить российский сбер-рубль иди сбер-коин.

Тремя столпами этого бизнеса Дромашко считает «быстро, эффективно, романтично». А если власть доберется до криптовалюты, все будет как обычно.

Юрий Дромашко, майнер: Ну понятно, что майнить можно будет только десятке приближенных, как это обычно бывает.

Криптовалюта — новый доллар. Через пять лет оглянетесь на 2017-й и будете локти кусать. Самое веселое время: один графический чип приносит 15 долларов в день. Окупаемость оборудования — полгода.

Криптовалюты в России переживает бум — десятки тысяч энтузиастов по всей стране. Ближайший к вам майнер — уже через рукопожатие. Видеокарты берут сразу десятками и сотнями.

Как рассказывает Артем Комаров, волна хайпа катилась долго: первые большие заказы на видеокарты случились не в мае, а еще в прошлом октябре. Но теперь любая поставка раскупается по щелчку: тысячи чипов уходят за 15 минут.

Артем Комаров, руководитель направления компьютерных комплектующих «Ситилинк»: Текущий комплект комплектующих где-то в феврале месяце стоил 120 тысяч рублей — вместе со специфическим оборудованием. Сейчас только то, что лежит на полке, достигает 200 тысяч рублей.

В Москве видеокарт просто не осталось.

Виктория Феофанова, майнер: Они видят прям: «Ребят, вы за видеокартами для майнинга?» Видимо, доллары в глазах просто у людей. Поэтому сразу же ведут тебя к стенду, где есть видеокарты — убрали с витрин всевозможные айфоны и самсунги — поставили на витрины все для майнинга.

Глобальный бизнес сделал первые инвестиции, курсы взлетели в десятки раз, Владимир Путин в кулуарах Питерского экономического форума встретился с создателем второй криптовалюты мира — Виталиком Бутериным.

Виктория Феофанова, майнер: Это все вот на этом хайпе — все услышали, кто такой Виталик Бутерин, все узнали про эфириум — все захотели вдруг внезапно майнить.

Виктория Феофанова гордится, что начала майнить еще до всего хайпа. Установка из шести видеокарт называется «фермой» и добывает 25 долларов в день. Цена вопроса: 180 тысяч.

Виктория Феофанова, майнер: Полторы тысячи, цена вопроса была полторы тысячи — а вот этим мы занимались полтора дня! Мы с братом собственными руками собирали — она работала, но выглядела как-то убого. Просто эта бандура смотрелась здесь как-то совсем ужасно, неприглядно, некрасиво — я как девочка не могла себе такого позволить.

Феофанова майнит криптовалюту «Зеткэш». Курс проверяет каждые два часа.

Виктория Феофанова, майнер: Когда там появляются красные или фиолетовые строчки, я понимаю, что что-то пошло не так и нужно звонить в службу поддержки!

Одинокая ферма в углу девичьей спальни — теперь это кажется развлечением. Виктории Феофановой хочется расширяться. Но не дает кризис на рынке видеокарт.

Виктория Феофанова, майнер: Все русскоязычные, кто сейчас находится в Китае, они просто хватаются за голову, потому что их хватают за руки и говорят: ребят, нам нужен человек в Китае, который пойдет и договорится о поставке 100, 200, 300 видеокарт.

Остановиться очень сложно. Засыпая под нежное шуршание зарабатываемых денег, Вика мечтает о поставщике из Китая.

Виктория Феофанова, майнер: Да, это наркомания: хочется больше, больше, больше. Я бы заставила весь балкон, если бы можно было.

И русский человек самодостаточным войдет в криптоанархическое братство.

Виктория Феофанова, майнер: Я надеюсь, что когда-то мы придем к тому, что у каждого дома будет стоять такая маленькая ферма — и, подтверждая транзакции, майнить на оплату коммунальных платежей и так далее. Цифровая экономика — это то, что нас ждет. От этого не убежать, это неизбежно. IPO — прошлый век, акции прошлый век. Будущее за криптовалютами.

А рубль мог бы стать наконец уже не деревянным, а цифровым.

Виктория Феофанова, майнер: Российскому государству тоже нужно перейти на блокчейн и весь бюджет перевести на блокчейн, чтобы каждый житель мог проверить, куда уходят деньги — тогда бы мы и коррупцию искоренили, и еще каждому дома поставили по ферме.

Правда, пока майнерам следует осторожно хвастаться цифрами на экране. Анонимный доход в интернациональной валюте — это налоговый кошмар.

Виктория Феофанова, майнер: Я жду полицию с распростертыми объятиями — правда, я их не пущу в свой дом, но они могут попробовать. Компьютер запрещено? Нет. Видеокарты запрещено – нет, в чем дело?

По данным «Роскомсвободы», майнеров вызывают в уголовный розыск, фотографируют, снимают отпечатки пальцев — регулятор просто не знает, что с ними делать. Молодой специалист из Следственного комитета переживает в прямом эфире РБК: россияне пооткрывают теневые банки и понаберут криптокредитов.

Георгий Смирнов, представитель СК РФ: Криптовалюта не обеспечена никакими активами, не привязана ни к каким активам — фактически это оборот воздуха.

Действительно, снаружи может показаться, что это слишком легкий бизнес. Из рисков — только тополиный пух в кулере видеокарты. А создатель биткоина Сатоши Накамото не Сергей же Мавроди: в наследие он оставил не ворох купонов на ручном управлении, а бесстрастный алгоритм.

Другие выпуски